*13 октября 2025.* Дорогой Володя! Спасибо за изложение «Валдайской речи». Для меня это ценная информация, многое делающая понятнее. Ты спрашиваешь, из каких текстов можно понять, что у меня левые убеждения и в чём они состоят. Сейчас я попытаюсь навскидку вспомнить наиболее важные для такого понимания работы. Но дальше я хочу ещё раз кратко сформулировать свой «символ веры» с учётом приобретённого опыта и проделанной работы.
Итак, мой основополагающий текст — «Левый поворот» (2005 год). Он, можно сказать, стартовый. Это вообще первая моя большая публицистическая работа. При всех дальнейших корректировках, для меня она не теряет актуальности. Найти проще всего в моём ЖЖ под тегом «важное». Но где-то его публиковали и независимо от меня. Надо гуглить.
Далее я бы выделил большую группу статей разных лет, которые можно объединить в рубрику «критика Латыниной». Начиная с «Хищник не лев» и «Избирательные правые». Но наиболее важные — «Зараза слева и справа», «Латынина и кризис Евросоюза», а также несколько хулиганская работа «Критика экономической этики» (да, люблю играть с перефразами великих).
Есть несколько статей, написанных в разгар дискуссии вокруг BLM. Последняя называется «Парадокс кальвинизма». Названия других не помню. Как не помню названий многочисленных статей ещё нулевых годов, посвящённых критике правых либералов. Я вообще часто выражал свои взгляды через полемику с оппонентами. Есть, кстати, и полемика с другими «левыми». Например «Ответ товарищу Удальцову».
16 октября 2025. Володя, привет! Надеюсь, ты получил моё предыдущее письмо, в котором я пообещал попытаться ещё раз кратко сформулировать «символ веры» левака, как я его понимаю.
Сердцевина левого мировоззрения — приверженность равенству как главной ценности. Это значит — все права для всех. Прогресс понимается как расширение набора прав, признающихся всеобщими, и круга людей, групп и общностей, на которых этот принцип распространяется. Прогресс состоит в преодолении угнетения, подавления, господства одних над другими (что и является выражением неравенства). Можно сказать, что прогресс — это преодоление насильственных форм социальной организации, ибо господство одних людей неотделимо от принуждения к подчинению других людей. Насилие порождается именно неравенством, а не попытками его преодоления, как считают классические правые, прямо противопоставляющие свободу и равенство друг другу.
Современные представления о всеобщих правах включают в себя и право на доступ к экономическим благам. Из этого вытекает право общества (в лице государства или каких-то иных институтов) на регулирование экономических процессов, если вышеназванные права не обеспечены без этого. Это означает право на вмешательство в имущественные отношения, на перераспределение ресурсов и доходов внеэкономическими средствами. Левые скептически смотрят на возможности рынка справляться с этой задачей самостоятельно.
Частная собственность и рынок не являются раз и навсегда данными, священными и неприкосновенными. Они — продукт «общественного договора» и могут подвергаться (и всегда подвергались) ограничениям по мере надобности. Имущественное неравенство есть зло, хотя в определённый период неизбежное, а в определённых пределах и полезное (как и государственное принуждение). Разница в доходах в три, пять, даже десять раз может быть терпима, но разница в сто раз является общественным уродством, с которым необходимо бороться.
19 октября 2025. Володя, привет! Продолжаю объяснять, что значит в моём понимании быть «левым». Я неоднократно обращал внимание на то, что считать критерием «левизны» идею активного участия государства в экономике — крайнее упрощение, искажающее реальность. Изрядная часть правых (особенно крайне правых) — вполне себе экономические статисты. Важна не степень вмешательства государства в экономику, а его направленность: в сторону увеличения неравенства или его уменьшения.
Различные ситуации «конфликта интересов» левые стремятся решать «в пользу бедных». Они на стороне социально уязвимых и ущемлённых групп («униженных и оскорблённых»). Они считают сказкой полное соответствие существующего неравенства способностям, трудолюбию и заслугам. Неравенство всегда связано с несправедливостью. И социальная справедливость важнее экономической эффективности. И если уж несправедливость неравенства пока не удаётся устранить полностью, более «успешные» хотя бы должны «делиться». Более сильный вообще должен уступать более слабому.
Это не значит, что «низы» всегда и во всём правы. Они вполне могут оказаться подвержены целенаправленному расчеловечивающему влиянию со стороны тех же «верхов». И они несут за это ответственность. Но всё-таки главная ответственность лежит на «верхах», от которых исходит расчеловечивающее влияние. Два наиболее кричащих исторических примера в представлении не нуждаются.
Пока прерываю. Твой Скобов.